Австрийский историк специально для 1news.az: ситуация во Франции достигла точки невозврата
Массовые протесты во Франции на фоне роста стоимости жизни и снижения покупательной способности населения переросли в столкновения с полицией, погромы и нападения на государственные учреждения.
Власти осудили нападения на правоохранителей и государственные учреждения, подчеркнув, что право на протест не оправдывает насилие, также они заявили о намерении установить личности участников погромов и привлечь виновных к ответственности.
Однако причины происходящего выходят далеко за рамки недовольства ценами на топливо. Как считает историк, преподаватель, доктор филосифии из Вены Дитер Райниш, французские события отражают совокупность социально-экономических проблем, падение доверия к политическим институтам и неспособность властей вести полноценный диалог с обществом.
«Я бы сказал, что речь идёт о социально-экономическом кризисе, утрате общественного доверия к властям и неспособности государства наладить диалог с обществом. Безусловно, это социально-экономический кризис, охватывающий Францию и всю Европу. В последние десять лет, особенно после пандемии, а затем и на фоне войны в Украине, мы наблюдаем рост стоимости жизни и цен на топливо. Сейчас ситуация обостряется ещё и в связи с закрытием Ормузского пролива, что стало серьёзным испытанием для многих жителей Европы. Всё это в совокупности приводит к нынешним протестам, которые мы наблюдаем по всему европейскому континенту.
Протесты проходят во Франции и Бельгии. В Германии школьники выходят на демонстрации против милитаризации, в Испании и Португалии люди протестуют из-за роста цен на жильё и жилищного кризиса. Акции протеста проходят и в Албании. Все эти ситуации объединяет одно: люди опасаются за своё будущее. Особенно это касается молодёжи.
Всё происходящее приводит к утрате общественного доверия к властям, политикам, политическим партиям и политической системе в целом. Недавние заявления президента Франции Эммануэля Макрона о протестах демонстрируют полную неспособность наладить диалог с обществом, а также отсутствие заинтересованности в таком диалоге. Мы наблюдаем аналогичную ситуацию и в Германии, где рейтинг одобрения канцлера Фридриха Мерца, согласно некоторым опросам, опускается ниже 15%, а иногда даже ниже 10%. Несмотря на это, диалог с обществом по-прежнему остаётся недостаточным», — отметил эксперт в комментарии 1news.az.
Почему протесты радикализируются?
Отдельное внимание Райниш уделил попыткам французских властей объяснить эскалацию протестов активностью ультралевых группировок. Он напомнил, что Франция имеет давнюю историю массовых выступлений, включая студенческие протесты 1968 года, и традиционно отличается высокой активностью профсоюзного движения.
По словам эксперта, в нынешних акциях участвуют профсоюзные активисты, представители партии «Непокорённая Франция» (La France Insoumise) и других политических сил, призывающих граждан присоединяться к демонстрациям. Однако сводить причины беспорядков исключительно к действиям радикальных движений было бы ошибкой.
«Французские профсоюзы действуют значительно более радикально, чем профсоюзные организации в других европейских странах. Однако именно поэтому слишком легко возлагать всю ответственность на ультралевых.
Безусловно, в протестах участвуют профсоюзные активисты, представители партии «Непокорённая Франция» (франц. La France Insoumise), а также представители других политических сил, которые призывают людей присоединяться к акциям и усиливают протестные настроения.
В нынешней ситуации именно ультралевые предлагают широким слоям общества альтернативу существующей политической системе, что подтверждается результатами опросов общественного мнения. Жан-Люк Меланшон, например, может занять одно из двух первых мест на выборах, которые состоятся через полгода.
Поэтому, когда правящие политики, представители истеблишмента, полиция и государственные органы пытаются объяснить эскалацию протестов деятельностью ультралевых, они выбирают самый простой путь, стремясь уйти от ответственности за решение реальных проблем, лежащих в основе общественного недовольства», — заявил Райниш.
К таким проблемам эксперт относит инфляцию, бедность, безработицу и недостаточное финансирование общественных нужд. По его оценке, всё больше людей сталкиваются с невозможностью приобрести собственное жильё или найти работу.
Жёсткие меры вместо деэскалации
Ещё одним фактором обострения ситуации Райниш считает тактику французской полиции. На фоне столкновений правоохранители применяли слезоточивый газ и светошумовые гранаты, проводились массовые задержания.
Райниш, в свою очередь, подчёркивает, что обеспечение общественного порядка должно сочетаться с защитой права граждан на мирные демонстрации. Главным приоритетом в таких обстоятельствах, по его мнению, должна быть деэскалация.
«По возможности полиция должна обеспечивать проведение протестов спокойно, не допуская дальнейшего обострения ситуации. Именно деэскалация должна быть приоритетом. В некоторых европейских странах такой подход работает, однако во Франции ситуация иная. Французская полиция придерживается совершенно другой тактики: она стремится как можно быстрее подавлять протестные выступления. Но подобные действия лишь приводят к усилению насилия.
Именно это мы сейчас и наблюдаем: многочисленные задержания, беспорядки, случаи хищения товаров из магазинов и другие преступные действия. В результате подлинное общественное движение, изначально выражавшее социальное недовольство, постепенно превращается в движение, сопровождающееся насилием — как уголовно наказуемым, так и политически мотивированным.
Однако французская полиция не извлекает уроков из прошлого. Она так и не усвоила, что попытки жёсткого подавления протестов не приносят желаемого результата. Это очевидно ещё со времён событий 1968 года.
Особенно показательным стало применение светошумовых гранат против школьников, которые в самом начале объявили забастовку и вышли на протесты. Всего через два-три дня, ещё до того, как демонстрации приобрели нынешний масштаб насилия, серьёзные ранения получили школьники в возрасте 12, 13 и 14 лет.
На мой взгляд, происходящее во Франции свидетельствует о том, что для снижения общественной напряжённости ситуация, к сожалению, уже достигла точки невозврата», — заключил Дитер Райниш.
