От «футбольной» к «академической»: дипломатическое дежавю в отношениях Анкары и Еревана
Похоже, турецко-армянские отношения в очередной раз погружаются в состояние иллюзорного оптимизма.
Процесс нормализации отношений между Анкарой и Ереваном, годами находившийся в состоянии неспешных консультаций, внезапно начал обретать подчеркнуто быстрые, почти демонстративные формы.
Дело уже не просто в протокольных заявлениях — стороны подбираются к оформлению первых двусторонних документов, стараясь придать процессу обратимость на уровне гуманитарных и социальных связей.
За гуманитарным фасадом — политическая «оттепель»?
Вице-спикер армянского парламента Ваагн Алексанян в эфире Общественного телевидения Армении заявил, что Ереван и Анкара достигли соглашения об академическом обмене: «Граница закрыта, но мы достигли соглашения об академическом обмене. Студенты из Армении будут ездить на учебу в Турцию, а из Турции будут приезжать учиться в Армению», — процитировали Алексаняна армянские СМИ.
Кстати, в самом армянском обществе эта новость вызвала далеко не однозначную реакцию. В оппозиционной «Дашнакцутюн» заявили о недопустимости «превращения молодежи в инструмент внешнеполитической пропаганды», потребовав от властей раскрыть детали программы, зафиксировать обязательства турецкой стороны и «исключить любые риски, способные поставить под удар историческую память или национальные интересы».
С учетом истории турецко-армянских отношений возникает более широкий вопрос: где заканчивается академическое сотрудничество и начинается политика? Хотя обмен студентами сам по себе вполне обычное явление, в условиях незавершенной дипломатической нормализации даже гуманитарные инициативы приобретают политическое значение. Было бы наивно полагать, что в Анкаре этого не учитывали.
Тем более что студенческими обменами дело не ограничивается. В эти дни «на столе» — восстановление и запуск железнодорожной ветки и линии электропередачи Гюмри–Карс, контакты бизнес-сообществ, гуманитарные инициативы и регулярные встречи спецпредставителей. Все это постепенно формирует инфраструктуру будущих двусторонних отношений — еще до полноценного открытия границы.
В Ереване уже не скрывают, что такой сценарий может реализоваться достаточно скоро. Глава МИД Армении Арарат Мирзоян заявил, что диалог достиг такой степени зрелости, когда решение об открытии границы для пассажирских и грузовых перевозок может быть принято «в любой момент». «Мы можем проснуться завтра и увидеть, что обе стороны уже говорят об открытии границы», — сказал он.
Анкара отвечает аналогичной риторикой. Министр сельского и лесного хозяйства Турции Ибрагим Юмаклы заявил вчера в Ереване, что с марта 2026 года процесс нормализации получил новый импульс, а контакты президента Реджепа Тайипа Эрдогана с премьер-министром Армении Николом Пашиняном призваны вывести его на новый уровень.
Символические жесты сопровождают практические шаги. 14 октября в Стамбуле состоялся официальный прием по случаю 35-летия независимости Армении. Впервые за девять лет мероприятие прошло на таком уровне: Турцию представляла заместитель министра иностранных дел Беррис Экинджи. Среди участников были спецпредставитель Анкары по нормализации отношений с Ереваном Сердар Кылыч, дипломаты и представители армянской общины. Армянская сторона расценила прием как «символ сближения», а Экинджи подтвердила намерение Турции «добиваться полной нормализации», в том числе в торговле, транспорте и энергетике.
Уроки истории
Глядя на эту дипломатическую активность, трудно избавиться от чувства стойкого дежавю. Нынешняя «академическая дипломатия» с удивительной точностью копирует алгоритмы 2008 года.
Тогда, в рамках концепции «Ноль проблем с соседями», Анкара и Ереван уже проходили через стадию «футбольной дипломатии». Обмен визитами президентов Абдуллы Гюля и Сержа Саргсяна на матчи национальных сборных в Ереване и Бурсе увенчался в 2009 году подписанием «Цюрихских протоколов», предполагавших открытие границ и установление дипломатических отношений.
Однако тот «дипломатический оптимизм» быстро столкнулся с политической реальностью. Инициатива вызвала громкие протесты в Турции и серьезное недовольство в Азербайджане. Попытка Анкары вести игру в обход интересов своего союзника — Азербайджана — столкнулась с жесткой и принципиальной позицией Баку. В итоге ратификация протоколов была заблокирована, а сам процесс потерпел крах.
Разумеется, нынешняя ситуация не является точной копией событий семнадцатилетней давности. Регион изменился, изменились и условия, в которых принимаются внешнеполитические решения. Но урок остался прежним: двусторонние договоренности, какими бы перспективными они ни казались, не существуют в политическом вакууме.
Слова Анкары о синхронизации процессов армяно-турецкой и армяно-азербайджанской нормализации опять начинают расходиться с делом. Если Анкара действительно привержена союзничеству с Азербайджаном и намерена содействовать устойчивому миру в регионе, то ей следует подкреплять свои декларации конкретными шагами. Иначе все разговоры о региональном сотрудничестве рискуют превратиться в удобную формулу, за которой один из участников преследует собственные цели.
Академическая дипломатия может оказаться не менее привлекательной вывеской, чем футбольная. Но вывески не гарантируют результата. Прежде чем окончательно запустить «академическую дипломатию» и строить иллюзии скорого открытия границ, Анкаре стоит перечитать новейшую историю и вспомнить, чем и почему закончилась дипломатия «футбольная».
