Почему азербайджанские школьники берутся за ножи? Эксперты о причинах подростковой агрессии
Прошел всего месяц с начала учебного года в Азербайджане, а новостные ленты уже пестрят тревожными сообщениями о драках и поножовщине среди школьников.
Так, в Низаминском районе Баку в результате инцидента школьник получил смертельное ножевое ранение. Подросток, подозреваемый в совершении этого тяжкого преступления был установлен и задержан сотрудниками полиции, возбуждено уголовное дело. Когда читаешь о подобных трагедиях, неизбежно задаешься вопросом: что должны были не поделить дети, чтобы один лишился жизни, а другой - свободы?
Еще один шокирующий случай произошел в Хатаинском районе столицы, где перед зданием школы №56 был зарезан 18-летний юноша. В этом случае был зафиксирован факт доврачебной смерти одного из подростков, второй - задержан правоохранителями. Особую тревогу вызывает то, что трагедия разыгралась прямо перед учебным заведением, вероятно, на глазах у других детей. Для школьников, ставших невольными свидетелями этой жестокости, подобная психологическая травма может остаться на всю жизнь.
Аналогичный случай был зафиксирован и в Сумгайыте. Возле стадиона имени Мехти Гусейнзаде несовершеннолетний Т.Э. (2011 г.р.) получил ножевое ранение. Благодаря оперативным мероприятиям подозреваемый - учащийся 10-го класса той же школы Р.Н. (2010 г.р.) - был задержан. Благо в этой ситуации обошлось без жертв - пострадавший ученик 9-го класса после оказания медицинской помощи был отпущен на амбулаторное лечение.
Все эти случаи заставляют всерьез задуматься: что происходит с сознанием современных подростков? Почему они пытаются разрешить конфликты с помощью ножей и агрессии, и где они перенимают подобные модели поведения?
Чтобы разобраться в причинах происходящего и найти пути решения проблемы, мы обратились за комментарием к эксперту в сфере образования Эльчину Эфенди.
По словам специалиста, действующая система психологической поддержки в учебных заведениях нуждается в серьезном пересмотре.
«До того, как конфликты и деструктивное поведение учащихся перерастут в проблему, необходимы квалифицированные психологи, которые смогут своевременно их выявить. И хотя такие специалисты в принципе есть, в регионах мы сталкиваемся с определенными трудностями. Наша проблема в столице заключается в том, что, например, в некоторых школах работает всего один психолог, в других - два, а там, где учащихся больше, - три. Это количество напрямую несоразмерно числу школьников», - отметил Э. Эфенди.
Эксперт подчеркнул, что штатные единицы необходимо увеличить как в Баку, так и в регионах, причем привлекать следует исключительно профильных специалистов.
Не менее важным фактором эксперт считает ответственность родителей. Отправляя детей в школу, семьи должны проводить разъяснительную работу, прививать ответственность и следить за их поведением. В свою очередь, образовательные учреждения при выявлении признаков девиантного поведения (поступки и действия человека, которые отклоняются от общепринятых норм – прим. ред.) должны действовать поэтапно.
«Сначала можно провести профилактическую беседу, применить к ребенку индивидуальный и профессиональный психотерапевтический подход. На следующем же этапе, если деструктивное поведение продолжается, можно уже обратиться в правоохранительные органы. Разумеется, проявляющиеся среди подростков агрессия и общая жестокость, их склонность как к буллингу, так и к моббингу, однозначно не принимаются обществом», - сообщил Эльчин Эфенди.
Отдельное внимание эксперт уделил влиянию цифровой среды и деструктивного контента. Формирование агрессивного поведения во многом подпитывается социальными сетями и сомнительными мобильными играми, содержащими неразумные и опасные задания. В связи с этим родительский контроль за тем, каким контентом интересуется ребенок, должен быть абсолютным и постоянным.
Касаясь вопросов безопасности самих учебных заведений, Э. Эфенди отметил принимаемые государством меры: во многих школах уже установлены системы видеонаблюдения, действует пропускной режим и охрана, а руководство держит процессы под контролем. Тем не менее, по мнению эксперта, необходимы более тесные партнерские отношения между школами и специализированными охранными структурами.
«Это было бы лучше для того, чтобы школьники не проносили в учебные заведения такие элементы, как холодное оружие либо другие виды оружия, психотропные вещества и т.п.», - резюмировал Эльчин Эфенди.
Также мы обратились за комментарием к психологу Октаю Мамедли.
Психолог отмечает, что современные подростки могут испытывать сильную тревогу, чувство одиночества, унижение и гнев, при этом не всегда умеют распознавать свои эмоции и выражать переживания словами. В таких случаях, по его словам, подросток может пытаться справиться с внутренним напряжением через агрессивное поведение. Подобная проблема, подчёркивает специалист, встречается и у взрослых, если у них недостаточно развиты навыки эмоционального контроля и отсутствуют безопасные способы выражения чувств.
При этом О. Мамедли обращает внимание на то, что сама по себе агрессия не означает, что подросток обязательно совершит насилие.
Он объясняет, что испытывать гнев и считать допустимым причинение вреда другому человеку - не одно и то же. Каждый человек, по его мнению, должен понимать границы допустимого поведения независимо от того, какие эмоции он испытывает.
Говоря о причинах, по которым подростки могут выбирать холодное оружие и крайнюю агрессию в качестве аргумента в конфликтах, специалист отмечает, что оружие иногда становится для них символом силы и защищённости. Подросток может рассуждать следующим образом: «Меня никто не посмеет обидеть». Однако, предупреждает психолог, подобное восприятие становится особенно опасным, когда подросток начинает считать такое поведение социально одобряемым и воспринимает оружие как средство контроля над окружающими.
По словам Октая Мамедли, если агрессивное поведение поддерживается окружающими, оправдывается или романтизируется, оно может стать частью формирующейся системы ценностей подростка.
Рассуждая о том, откуда подростки перенимают деструктивные модели поведения, специалист ссылается на подход Всемирной организации здравоохранения, согласно которому подростковое насилие обусловлено взаимодействием индивидуальных, семейных, школьных и социальных факторов.
Психолог объясняет, что если подросток регулярно видит, как сила помогает добиваться желаемого, он может начать воспринимать агрессию как приемлемый способ решения проблем. Такие представления способны формироваться в семье, где грубость считается способом продемонстрировать уважение или поддержать иерархию, в фильмах и ближайшем окружении, где агрессивное поведение представляется способом доказать свою правоту, а также в социальных сетях, где насилие иногда романтизируется.
Вместе с тем специалист подчёркивает, что сам по себе просмотр жестокого контента не означает, что подросток обязательно начнёт проявлять насилие. Большое значение имеют критическое мышление и система ценностей, которые помогают ему оценивать увиденное и определять, какое поведение является допустимым, а какое - нет.
По мнению психолога, важно учитывать и то, как ребёнок понимает личные границы других людей. Он обращает внимание на необходимость не только объяснять подростку, как следует относиться к окружающим, но и подтверждать эти слова собственным поведением. Специалист приводит пример: взрослые могут говорить, что спорить нужно аргументированно, а не под влиянием эмоций, но при этом сами унижать других людей и добиваться своего с помощью давления. В такой ситуации, отмечает он, именно наблюдаемый опыт может оказаться для подростка более значимым, чем слова взрослых.
Психолог уточняет, что имеет значение не только само поведение, которое подросток наблюдает, но и смысл, который он ему придаёт. Увидев агрессию, ребёнок может понять, к каким последствиям она приводит, а может, напротив, воспринять её как проявление силы, смелости или способ добиться уважения. Поэтому, считает специалист, необходимо не допускать, чтобы насилие становилось частью системы ценностей подростка и воспринималось им как нечто достойное восхищения.
Говоря о профилактике подросткового насилия в Азербайджане, психолог подчёркивает, что одной беседы о вреде агрессии недостаточно. По его мнению, необходимы регулярные занятия, на которых подростки учатся распознавать эмоции, справляться с фрустрацией, разрешать конфликты, говорить об обидах и обращаться за помощью.
Специалист подчёркивает, что обращение к психологу не должно восприниматься как признание того, что ребёнок «ненормальный» или что родители плохо его воспитали. Напротив, это возможность разобраться с трудностями до того, как они станут опасными.
Психолог также отмечает, что родителям важно объяснять подросткам: испытывать эмоции нормально, однако не каждое действие допустимо. По его словам, можно признать право подростка на гнев, но нельзя оправдывать угрозы и нападения. Важно вместе с ребёнком искать доступные и безопасные способы выражения гнева, а взрослым - показывать на собственном примере, как справляться с сильными эмоциями, не причиняя вреда окружающим.
При этом специалист обращает внимание на то, что недостаточно просто запретить насилие. Необходимо, чтобы подросток понимал, почему оно недопустимо, и не воспринимал его как способ заслужить уважение, восстановить справедливость или доказать собственную силу. Если ребёнок видит, что окружающие восхищаются жестокостью, оправдывают месть и считают способность запугивать других признаком силы, одних запретов может оказаться недостаточно.
Рассуждая о том, как родители и учителя могут вовремя заметить признаки опасной агрессии, специалист предупреждает, что не существует одного поведения, по которому можно с уверенностью предсказать совершение нападения. Важнее обращать внимание на совокупность признаков и изменения в поведении подростка.
По словам психолога, насторожить должны регулярно повторяющиеся высказывания о мести, унижении других людей и оправдании жестокости.
К другим признакам, требующим внимания, специалист относит угрозы, драки, запугивание, разрушение вещей и жестокое отношение к окружающим. Особенно важно, отмечает он, учитывать ситуации, когда подобные эпизоды становятся чаще и приобретают более серьёзный характер. При этом психолог уточняет, что даже наличие таких признаков не доказывает, что подросток обязательно совершит насильственные действия. Необходимо учитывать не только проявления агрессии, но и то, как сам подросток объясняет и оправдывает своё поведение.
Специалист подчёркивает, что если подросток говорит о намерении совершить нападение, необходимо прямо уточнить, есть ли конкретный человек, план, предполагаемое время и доступ к оружию. При непосредственной угрозе, по его словам, первоочередной задачей становится обеспечение безопасности и обращение за экстренной помощью.
В завершение психолог отмечает, что подростку одновременно необходимы понимание, чёткие границы и ответственность. Он подчёркивает, что невозможно запретить человеку испытывать гнев, обиду или желание защитить себя, однако можно помочь ему осознать, что эти эмоции не дают права причинять вред другим людям.
По мнению специалиста, одна из главных задач взрослых заключается в том, чтобы насилие не становилось частью системы ценностей подростка, жестокость не романтизировалась, месть не воспринималась как справедливость, а способность запугивать окружающих не считалась признаком силы. Ведь важно не только то, как подросток ведёт себя сегодня, но и то, какие представления о допустимом поведении формирует для себя на будущее.
Послесловие…
Как справедливо отмечают эксперты, одними запретами и усилением охраны проблемы не решить. Изменить ситуацию можно только комплексным подходом: увеличением штата профессиональных психологов в школах как в столице, так и в регионах, формированием у детей здоровой системы ценностей, чутким вниманием со стороны родителей и осознанностью каждого взрослого. Ведь то, какими ориентирами руководствуется подросток сегодня, напрямую определяет будущее всего общества. Остановить эту волну насилия - общая задача государства, школы и семьи, требующая бдительности, участия и своевременной помощи до того, как боль станет необратимой.
