COP17 в Ереване: экологическая витрина и вопросы, которые нельзя обойти стороной
Ереван готовится принимать 19-30 октября 17-ю Конференцию сторон Конвенции ООН о биологическом разнообразии - COP17, в ее преддверии, 16 октября в армянской столице состоится саммит лидеров по биоразнообразию.
Почти две недели мировое сообщество будет говорить о сохранении природных территорий, водных ресурсов и редких видов. Иными словами, речь пойдет о том, насколько государства на практике выполняют свои обязательства по сохранению природы.
Поэтому место проведения такой конференции имеет не только протокольное, но и символическое значение. И здесь возникает закономерный вопрос: насколько экологическая реальность Армении соответствует той роли, которую страна принимает на себя, становясь площадкой крупнейшего международного форума по биоразнообразию?
Вопрос этот тем более уместен, поскольку экологические проблемы Армении далеко не ограничиваются внутренними границами. Немалая часть их имеет трансграничный характер и непосредственно затрагивает соседние государства. В том числе Азербайджан.
За пределами промзоны
Одной из наиболее острых проблем Армении остается горнодобывающая промышленность. Для армянской экономики этот сектор имеет существенное значение, тем не менее, его экологические последствия регулярно становятся предметом общественных споров.
Проблема не только в воздействии на отдельные территории внутри страны. Последствия промышленного загрязнения могут выходить далеко за пределы месторождений и затрагивать трансграничные водные системы - отходы этой отрасли через грунтовые воды попадают в пограничные реки и наносят ущерб экосистемам других стран.
Наглядным примером можно привести Алаверди - центр медной промышленности Армении. Экологические проблемы здесь имеют длительную историю. Исследования бассейна реки Дебед неоднократно фиксировали повышенные концентрации тяжелых металлов ниже промышленной зоны, связывая их, в частности, с деятельностью медеплавильного производства и горно-обогатительных предприятий. В 2025 году непосредственно государственный природоохранный инспекционный орган Армении сообщил о загрязнении Дебеда после разрыва трубопровода, ведущего к хвостохранилищу Нахатак.
Все это касается не только Армении, поскольку реки не останавливаются на государственных границах. Дебед – это правый приток реки Храми, являющейся правым притоком Куры. Загрязнение в верховьях потенциально становится проблемой для территории, расположенной ниже по течению.
Настолько же чувствительна экологически ситуация в Сюнике. Совсем недавно, в июне 2026 года после сильных дождей в Капане произошел инцидент с желтым стоком из района неработающего рудника. Природоохранная инспекция Армении возбудила административное производство и провела лабораторные анализы проб почвы и воды. Экспертиза выявила возможные признаки экологического преступления - загрязнение почвы и водных ресурсов, после чего все собранные материалы были переданы в прокуратуру для возбуждения уголовного дела.
Страна водного стресса
Кстати, о водных ресурсах – проблемы Армении в этом отношении документированы на международном уровне. Всемирный банк характеризует ее как страну с высоким уровнем водного стресса.
В Араратской долине объемы забора подземных вод для коммерческого рыбоводства и орошения превышает ежегодное естественное восполнение. Одновременно для удовлетворения ирригационного спроса разрешенные сбросы воды из озера Гёйча (Севан) значительно превышают исторический естественный сток. В результате повышается угроза обмеления озера и негативного воздействия на его биологическое разнообразие.
Проблема имеет вполне измеримое продолжение - в августе 2026 года армянская природоохранная инспекция сообщила о проверке 969 глубоких артезианских скважин в Араратской и Армавирской областях, эксплуатировавшихся без соответствующих разрешений. Работа 146 скважин была приостановлена, по оценке ведомства, это позволяет сохранить около 15 млн кубометров воды ежегодно.
Сам факт таких масштабных нарушений показывает, что проблема водных ресурсов для Армении - вопрос не только внутренней экологической политики. Ввиду того что значительная часть водных систем региона является трансграничной, экологическую безопасность Южного Кавказа невозможно разделить на отдельные национальные отсеки.
Трагедия Охчучая
Армения расположена в верховьях ряда водных систем, которые далее пересекают государственные границы.
Для Азербайджана, находящегося в нижнем течении значительной части региональных водных систем, состояние воды, поступающей с территории соседней страны, имеет непосредственное значение.
Особенно наглядно это показывает Охчучай. Река берет начало в Армении, проходит через Сюник и далее пересекает территорию Азербайджана, впадая в Араз.
В 2021 году Минэкологии и природных ресурсов Азербайджана зафиксировало массовую гибель рыбы в Охчучае, исследования воды и донных отложений выявили высокие концентрации ряда тяжелых металлов, в том числе кадмия, свинца, никеля, марганца, железа, молибдена и цинка. Результаты мониторинга и анализа, в то же время, факты массовой гибели рыбы в реке подтвердили загрязнение реки токсичными отходами Гаджаранского медно-молибденового комбината и Гафанского меднорудного комбината.
Это и есть тот случай, когда экологическая проблема одной страны становится проблемой другой. Именно поэтому вопрос трансграничных вод должен занимать центральное место в любой серьезной региональной дискуссии о биоразнообразии.
Погибающие озерные леса
Еще один факт - состояние экосистемы в Севанском национальном парке. В 2023 году здесь было зафиксировано высыхание более 8 тыс. сосен, та же участь грозит еще около 10 тыс. деревьев.
Специалисты связывали происходящее с заболеванием деревьев, по их данным, проблема наблюдалась еще с 2017 года. Но было бы неправильно сводить этот эпизод только лишь к одной причине. Масштаб проблемы - тысячи погибших деревьев в национальном парке - показывает уязвимость одной из наиболее известных природных территорий в стране.
На фоне дефицита воды и климатических рисков вопрос сохранения экосистем озера приобретает еще большее значение. Всемирный банк указывает, что существующий водный стресс Армении усиливается климатическими изменениями, а чрезмерный забор воды в Араратской долине и нагрузка на водные ресурсы озера создают дополнительные риски для сельского хозяйства и водоснабжения.
Золото Амулсара против «Изумрудной сети»
Отдельная история - золотой рудник Амулсар возле Джермука. Здесь экологические проблемы тоже имеют международное измерение. Проект уже несколько лет находится в центре экологических споров.
В материалах Бернской конвенции рассматривается вопрос о возможном воздействии Амулсара на территории «Изумрудной сети» (Emerald Network, экологическая сеть охраняемых природных территорий особого природоохранного значения, созданная в рамках Бернской конвенции для сохранения редких видов флоры, фауны и их естественной среды обитания). Здесь, в частности, речь идет о территориях в районе Джермука, Севанского национального парка и Горхаджка. В документах конвенции отражены опасения относительно воздействия проекта на места обитания охраняемых видов и водные системы.
В частности, указывалось многолетнее загрязнение и потенциальные риски воздействия горных работ для рек Арпачай и Воротан и связанных с ней биоресурсов, включая водную систему, связанную с озером Гёйча (Севан). С другой стороны, эти реки впадают в Араз, поэтому потенциальное загрязнение этих водных систем – это еще и угроза для водной безопасности Азербайджана.
В 2018 году жители Джермука и экологические активисты блокировали дороги, ведущие к руднику, проводя длительные акции протеста против проекта. В результате работы фактически были приостановлены на несколько лет.
Постоянный комитет Бернской конвенции в 2023 году вновь призвал армянские власти остановить работы, способные негативно повлиять на охраняемые виды и места обитания, пересмотреть экологическую оценку проекта и ускорить процесс объявления Джермука национальным парком.
Проблема Амулсара продолжает фигурировать и в материалах конвенции за 2025–2026 годы. В 2025 году армянские власти сообщали, что добыча на Амулсаре еще не началась, хотя строительные и подготовительные работы были возобновлены. 31 августа этого года правительство Армении, компания Lydian Armenia и общины Джермука, Вайка и Сисиана подписали соглашение о развитии общин. Согласно нему, начиная с 2027 года, в период эксплуатации рудника на развитие этих общин планируется ежегодно выделять $9 млн. Таким образом, проект Амулсар в настоящее время перешел в фазу практической реализации, хотя споры о его возможном воздействии на окружающую среду до конца не урегулированы.
Читайте по теме:
Для конференции по биоразнообразию это обстоятельство трудно назвать второстепенным - пока в Ереване будут обсуждать сохранение биоразнообразия, в самой Армении остается нерешенной проблема воздействия крупного горнодобывающего проекта на окружающую среду.
Мецаморская угроза
Отдельного внимания заслуживает Мецаморская атомная электростанция. Второй энергоблок станции был введен в эксплуатацию в 1980 году. После продления срока эксплуатации до 2026 года Армения реализует новую программу продления его работы – уже до 2036 года. Армянское правительство утверждает, что программа сопровождается модернизацией и мероприятиями по обеспечению безопасности. Однако здесь важно избегать упрощений.
Ядерная инфраструктура всегда имеет трансграничное измерение: потенциально серьезная авария способна затронуть не только территорию государства, она может повлиять на воздух, почвы и водные системы далеко за его пределами.
Еще при вступлении в Совет Европы в 2001 году Армения взяла на себя обязательство закрыть Мецаморскую АЭС. Этот шаг рассматривался как часть процесса интеграции страны в европейское политическое и правовое пространство, где вопросы ядерной безопасности давно стали одним из ключевых элементов государственной ответственности. Однако обязательство так и не было выполнено. В 2014 году Евросоюз охарактеризовал Мецамор как потенциальную угрозу для всего региона и выразил готовность выделить до 200 миллионов евро на программу закрытия станции. В Ереване от этого предложения отказалась, предпочтя сохранить действующий реактор и продлить срок его эксплуатации.
Читайте по теме:
Тень Мецамора над COP17: почему экологическая ответственность Армении оказалась под вопросом
Для региона, где расстояния между государствами измеряются десятками, а не тысячами километров, это крайне принципиальный вопрос. Именно поэтому ядерные объекты в густонаселенном и географически компактном Южном Кавказе остаются вопросом региональной безопасности.
***
Таким образом, если COP17 в Ереване действительно позиционируется как площадка для обзора глобальных экологических проблем, то трансграничные последствия хозяйственной деятельности самой Армении должны рассматриваться как часть общей дискуссии о сохранении биоразнообразия. Нельзя рассматривать экологическую безопасность только как внутреннее дело государства, когда речь идет о трансграничных угрозах.
С этой точки зрения COP17 в Ереване должен стать не только площадкой для красивых деклараций, но и поводом задать вполне конкретный вопрос: как Армения решает собственные экологические проблемы? Потому что настоящий смысл конференции определяется не тем, какие заявления звучат с ее трибуны, а тем, насколько последовательно одни и те же экологические принципы будут применяться ко всем, включая страну-хозяйку.
Может ли страна, сама сталкивающаяся с серьезными экологическими вызовами и имеющая нерешенные вопросы трансграничного характера, убедительно говорить миру о сохранении биоразнообразия, если готовность отвечать за собственную экологическую практику становится главным критерием доверия?
Пока убедительного ответа на этот вопрос нет.
