1news.az

Политика веротерпимости пророка Мухаммада (с.а.с.) и его приемников: практические примеры из истории

12 Января, 2018 в 17:20 ~ 29 минут на чтение 3758
Политика веротерпимости пророка  Мухаммада (с.а.с.) и его приемников:  практические примеры из истории

Эльдар Амиров,  доктор философии по политическим наукам, старший научный сотрудник НИЛ Россиеведения Азербайджанского университета языков   

«Некоторые западные востоковеды обычно утверждают, что мусульманское государство не может мирно сосуществовать с другими государствами, поскольку Ислам не признает других режимов или идеологий, сопротивляется им и борется с ними.

…Далее, эти ученые заявляют, что Ислам, по определению, является религией насилия. В первые годы после своего появления он распространялся мечом, и если вновь вступить в силу будет сеять жестокость. Если мусульмане сейчас не делают этого, то только потому, что Ислам слаб. Эта точка зрения недавно была высказана такими людьми, как бывший американский президент Ричард Никсон и Самюэль Хантингтон (автор теории столкновения цивилизаций). По мнению востоковедов, Мухаммад (с.а.с.), будучи правителем мусульманского государства в Медине, стал деспотом, а Ислам – воинственной религией насилия.         

…Поведение пророка и праведных халифов после него в достаточной мере свидетельствует о терпимом и дружественном отношении к людям писания в мусульманском государстве и обществе».

   Закария Башир

                         профессор Маркфильдского университета (Великобритания)

                                            («Мухаммад  и Курайшиты. История войны и миры»)

Свобода вероисповедания и равноправие  последователей религий является одним из основополагающих принципов  Ислама и входит в число главнейших задач мусульманского права. На этот счет мусульманскими богословами и историками в разное время написано огромное количество ценных, и хорошо аргументированных трудов. Из современных работ можно отметить книгу покойного узбекского богослова Мухаммада Садика Мухаммада Йусуфа «Права человека в Исламе» (Санкт-Петербург, 2008), труд Салех ибн Хусейн аль-Айида   «Права немусульман в исламских странах» (Баку, 2010, перевод с арабского: Э.Мамедов), монографию Салима аль-Бахнасави «Взаимоотношения с немусульманами» (Баку, 2008, перевод с арабского: А.Касымова)  и других. Кроме того, в сборниках наиболее достоверных хадисов пророка Мухаммада (с.а.с.) вопросу взаимоотношений с  представителями других религий и конфессий посвящены целые разделы, которые освещают эту проблематику до мельчайших подробностей. Но к глубокому сожалению, несмотря на наличие столь многочисленных и солидных первоисточников и научно-исторических, а также правоведческих трудов, отчетливо отражающих позицию Ислама относительно веротерпимости и равноправия всех религий, общественное мнение в мире, воспринимает Ислам как религию насилия, лишенную всякой толерантности, терпимости и уважения по отношению к представителям других вер и культур.  Оправдывая и обосновывая эту точку зрения, ее носители ссылаются на призывы отдельных радикальных  мусульманских проповедников-идеологов, не имеющих по сути дела ничего общего с Исламом, его священным писанием и сунной пророка, и вне всякого сомнения, обслуживающих интересы отдельных заинтересованных политических кругов и государств.  Аргументом же людей обвиняющих Ислам в нетерпимости являются  террористическая деятельность некоторых групп и организаций, прикрывающихся лозунгами Ислама, происхождение и каналы спонсирование которых, весьма часто восходит к западным спецслужбам.  

Очень удивительно, почему же рассуждая об Исламе, очень многие даже не желают обращаться к «Корану», к  наследию пророка Мухаммада (с.а.с.) и его ближайших сподвижников и приемников, а вместо этого предпочитают ссылаться на действия и решения каких-то неизвестных и непризнанных радикалов, чьи истинные намерения не известны даже их последователям, и руководствоваться враждебными стереотипами.  Ведь каждый раз, когда европейцу напоминаешь об ужасах Крестовых походов, либо Инквизиции получаешь ответ, что все это не имеет никакого отношения к христианской вере, и является порождением властолюбия отдельных понтификов, и последствием мракобесия и желания наживы легким путем. Тогда почему же за действия каких-то мракобесов, преступников, радикалов ответственность должна возлагаться на Ислам и его пророка? Тогда, как ни Коран, ни Мухаммад не призывали делать, те, бесчинства и зверства, которые творят ныне представители отдельных течений и групп. Мы не имеем никакого морального права обвинять Ислам, в тех преступлениях, которые он проклинает и запрещает в наиболее жесткой и категорической форме. Поэтому, рассуждая  об особенностях исламской концепции взаимоотношений мусульман с иноверцами, стоит, прежде всего, обратиться к Корану, к сунне и к реальным историческим фактам.  Конечно, ясно, что в рамках одной статьи очень сложно детально раскрыть данную проблему  и ответить на все обвинения критиков Ислама, однако можно постараться привести реальные исторические факты,  которые убедительно помогут развеять сомнения и разрушить стереотипы. 

Начнем с теории Ислама, то есть с того, как Коран и сунна относятся к вопросу веротерпимости. «Коран» воспринимает религиозное многообразие человечество как естественное, нормальное явление, ибо различие есть одно из знамений Всевышнего. Каждый индивид волен выбирать себе жизненный путь, морально-духовную систему ценностей, которой он будет руководствоваться в своих поступках и высказываниях. Этот выбор человек должен осуществить сознательно, без внешнего воздействия и давления, в соответствии с требованиями своего внутреннего мира и интеллектуального восприятия. Коран определяет задачу пророка как просветительскую, ознакомительную, фактор принуждения при этом исключается полностью:

«Нет принуждения в религии. Уже ясно отличился прямой путь от заблуждения». («Корова»;256);       

«Напоминай же, ведь ты только напоминатель». («Покрывающая»; 21-22);  

«И если б твой Господь желал того, то все до одного бы на земле уверовали (в Бога). Так неужели ты, (О Мухаммад!),способен вынудить людей принять Господню веру?». (Юнус; 99).  

Исходя из этого постулата, Коран считает необходимым мирное сосуществование мусульман с немусульманами, особенно с последователями иудаизма и христианства, ибо все 3 религии согласно священному писанию мусульман имеют общий божественный корень. Коран призывает последователей трех небесных религий помнить о едином происхождении, и велит пророку Мухаммаду (с.а.с.) постоянно напоминать им это:    

«Скажи: "О люди Писания! Давайте придем к единому слову для нас и для вас, о том, что мы не будем поклоняться никому, кроме Аллаха, не будем приобщать к Нему никаких сотоварищей и не будем считать друг друга господами наряду с Аллахом».  (Али-Имран; 64)  

В Коране также нашли свое отражение основные принципы этих взаимоотношений, то есть так называемые рамки мирного сосуществования. Так, мусульманам запрещается воевать и конфликтовать с немусульманами, проявляющими уважение и толерантность к Исламу, не поднимающими оружие против мусульман, не притесняющими их и их веру, не посягающими на их жизнь и имущество:

                                                                   «Аллах запрета не дает

Вам доброту и справедливость проявлять

К тем людям, кто за вашу веру

С вами не сражался.

Не изгонял из дома вас,

Поистине, Бог любит справедливых!» (аль-Мумтахына; 8)  

Священное писание мусульман поощряет их поддерживать торговые и другие отношения с иноверцами, позволяет им заключать между собой брачные отношения и т.д.:                          

«Дозволена вам также пища тех,

Кому было ниспослано Писанье

И ваша пища им разрешена.

Разрешено вам в жены брать

Не только целомудренных, уверовавших в Бога,

Но также целомудренных из тех,

Кому ниспослано Писание до вас». (аль-Маида; 5)

Как видно, попытки  выставить Коран в качестве рассадника насилия и нетерпимости не выдерживает никакой критики, и не имеет общего с положениями этой книги. Да, безусловно, Коран признает за мусульманами право на самозащиту, что есть весьма разумно. Ведь правом на самозащиту в случае внешней агрессии в современном мире пользуют все, в том числе и наиболее демократические страны. Поэтому, упрекать Ислам в том, что он дает своим последователям право защищаться от всех видов агрессии бессмысленно и несправедливо. Однако, во всех остальных случаях Ислам привержен миру и воспрещает правоверному мусульманину под каким-либо предлогом совершать несправедливость в отношении иноверцев, посягать на их жизнь и имущество, оскорблять их или же унижать на почве религиозных убеждений. Запреты и наставления пророка Мухаммада по этому вопросу полностью звучат в унисон с Кораном и напоминают мусульманину о тех рамках, которые он должен обязательно соблюдать в отношении иудеев и христиан:   

«В Судный День я буду противником того, кто проявить несправедливость по отношению к человеку  (иноверцу), с которым он заключил договор, или будет принуждать его к непосильному делу, или возьмет у него без его согласия что-либо». [Мухаммад Садик Мухаммад Йусуф. Права человека в Исламе. Санкт-Петербург, 2008,  стр. 156].

«Тому, кто убьет одного человека из общины зимми (Людей Писания) не суждено и почувствовать запаха Рая». [Там же; стр. 155].

«Им – привилегии, как и нам, на них – обязательства, как и на нас».  [Там же; стр. 153].  

Со временем в исламском праве выработался целый понятийный аппарат и практические механизмы регулировки экономическо-социальной жизни иноверцев в  Исламском государстве.  Исламские правоведы отмечают, что немусульмане, проживающие на территории мусульманского государства, по своему статусу подразделяются на две группы:  

1.Зиммии – граждане исламского государства, которые являлются последователями иудаизма и христианства;  

  1. Мустамины – иноверцы, из-за определенных социально-экономических и политических факторов (поиск работы, спасающиеся от преследований и гнета и т.д.) нашедшие убежище в мусульманском государстве. [См. Салех ибн Хусейн аль-Айид. «Права немусульман в исламских странах» (на азерб. языке). Перевод с арабского: Э.Мамедов, Баку,2010, стр. 10-12].

Мухаммед Садик Мухаммед Йусуф, следующим образом раскрывает права и статус зиммиев в системе исламских законов: «Представителей других религий, пожелавших проживать под покровительством Исламского государства, называют зиммиями, то есть общиной, пользующейся защитой и покровительством мусульманского общества. Этой общине полностью гарантируется свобода личности, мысли, убеждения, неприкосновенности души, имущества, достоинства и т.д. Общие права на этот счет содержатся в словах Пророка: «Им – привилегии,  как  и нам, на них – обязательства, как и на нас». Следовательно, в Исламском государстве представители других религий имеют такие же привилегии, что и мусульмане, они имеют возложенные на них обязательства, а государство несет ответственность за них». [Мухаммад Садик Мухаммад Юсуф. Права человека в Исламе, стр. 154].

Для мустамин, как и для зиммиев шариат предусмотривает ряд прав и свобод, которые с точки зрения гуманизма и либерализма, полностью подходят под современные демократические мерки. [См. подробнее: Салех ибн Хусейн аль-Айид. Права немусульман в исламских странах, стр.12].

Ислам обязывает правоверного мусульманина дружелюбно  обходиться  не только с мирными христианами и евреями, но и с язычники, уважающими положения Корана и сунны, и не враждующими с исламским государством:  

«О язычниках, которые не являются людьми Писания, пророк Мухаммад (с.а.с.) говорил: «Отнеситесь к ним так же, как к обладателям Писания. Только не женитесь на их женщинах и не потребляйте забитого ими мяса».  [Мухаммад Садик Мухаммад Юсуф. Права человека в Исламе, стр. 154].  

Пророк Мухаммад (с.а.с.) на протяжении всей своей сознательной жизни подавал мусульманам практические примеры толерантности и веротерпимости, взаимоуважения и взаимопомощи. Даже самый заядлый критик Ислама не в состоянии привести пример, когда мирные христиане, либо иудеи и другие иноверцы подвергались при Мухаммаде преследованиям и насилию. Наоборот, источники изобилуют огромным количеством достоверных примеров, когда Мухаммад защищал и опекал людей писания,  шел им навстречу, дискутировал с ними и создавал для них все благоприятные условия для проживания и деятельности в мусульманском обществе. История гласит, что  одним из первых политических шагов Мухаммада (с.а.с.) после  его переселения в 622 году из Мекки в Медину стало подписание так называемого «Мединского акта» между мусульманами и местными евреями о мирном сосуществовании и обязательствах сторон. В этом документе стороны сошлись в неприкосновенности жизни, веры и имущества, а также взяли  на себя ответственность совместно защищать Медину в случае возникновения угрозы извне. Евреи, наряду с этим, обязались ни при каких обстоятельствах не оказывать помощь врагам мусульман, и не вступать с ними ни в какие союзы. [Смотри текст договора:   Салим аль-Бахнасави. Взаимоотношения с немусульманами (на азерб. языке). Перевод с арабского А.Касымова, Баку, 2008, стр. 108-112].   

Впоследствии именно данный пункт соглашения и будет нарушен  евреями, которые в сговоре с маканцами попытаются очистить Медину от мусульман и положить конец существованию первого мусульманского государства, за, что поплатятся выдворением  из города.  Пророк, как до этого случая, так и после продолжал дружелюбно относиться к мирным, не враждующим с исламским государством  евреям, обменивался с ними подарками,  а после падения Хайбара – главной цитадели иудеев Аравии, даже взял в жены одну из плененных евреек. От конфликта не пострадали и торговые отношения с мирными евреями. Например, известно, что пророк взял в долг у одного еврейского продавца  ячменный хлеб  и масло, оставив в качестве залога свою кольчугу.  [Абу Абдуллах Мухаммад ибн Исмаил ибн Ибрахим аль-Бухари. Сахих аль-Бухари (азерб. издание) Том V. Перевод с арабского и комментарий: А.Хашимов и Ф.Гусиев. Баку,2016, стр. 32-33].  

Затрагивая тему взаимоотношений исламского пророка с иудеями, исламские ученые отмечает, что они порой  были настолько мирными, что некоторые даже злоупотребляли этим.  Нашлись даже те, кто пользуюсь мягким и доброжелательным нравом исламского пророка покушался на его жизнь:      

«После переселения в Медину пророк Мухаммад (с.а.с.) стал там жить, соблюдая условия договора, заключенного с местными евреями, в котором были определены основы мирного сосуществования и сотрудничества во имя интересов общества. Сам он лично поддерживал добрые отношения с представителями других религий. В частности, обменивался с ними подарками. Известны факты, ношения им одеяния, подаренного иноверцами. В свое время даже некоторые люди злоупотребляли такой его добротой, общедоступностью. Всем известно, например, отравление бараниной пророка Мухаммада (с.а.с.) со стороны одной иудейки».  [Мухаммад Садик Мухаммад Юсуф. Права человека в Исламе, стр. 156].  

В гораздо более  дружественной атмосфере выстраивались отношения мусульман с христианами Аравии и соседней с ней Эфиопии. Необходимо признать, что немалую роль в этом сыграли и сами христиане. Так царь эфиопов, приютивший мусульман, вынужденных под давлением местных идолопоклонников покинуть Мекку еще до переселения  в Медину  Мухаммада (с.а.с.), наотрез отказался выдать сподвижников исламского пророка, несмотря на многочисленные заманчивые предложения и настойчивые просьбы мекканской олигархии. Пророк никогда не забывал  и высоко ценил этот благородный поступок, и всегда старался отвечать христианам не меньшим дружелюбием и гостеприимством:

«Гостей, прибывших из Эфиопии, пророк Мухаммад (с.а.с.) принял в своей мечети  и сам обслуживал их. «Они с уважением отнеслись к  асхабам. Мне лично самому хочется оказать им почести», - говорил он. Посланник Аллаха принял в своей мечети также группу христиан из Наджрана и разрешил им совершать там свое богослужение». [Там же].

Весьма интересно и то, что из всех правителей, которых пророк Мухаммад (с.а.с.) призывал к Исламу, наиболее добродушное, толерантное и уважительное отношение к нему проявили именно христианские цари. Из исламских хроник известно, что посланник Аллаха одновременно отправил письма с исламским призывом, таким христианским правителям как  коптский царь Египта – Мукавкысу (Мэгугесу), византийскому императору Ираклию II, и эфиопскому правителю, о котором  уже упомянули.  Мукавкыс (Мэгугесу) – коптский царь очень дружелюбно принял посла пророка, оказал ему почести, и подробно побеседовал с ним об Исламе и Мухаммаде (с.а.с.). Исламские историки сообщают, что в конце разговора коптский царь согласился с доводами исламского посла, и признал Мухаммада (с.а.с.) в качестве посланника Аллаха, однако опасаясь массовых волнений и угрозу свержения со стороны местного населения, он предпочел не раскрывать придворным, а тем более  духовенству деталей  этого разговора:

«О посол Мухаммада! Если я приму вашу веру, то копты перестанут подчиняться мне. Но я уверен, что когда-то его власть дойдет и до нашей земли, и искоренить местные верования. Прошу держать наш разговор в тайне, чтобы копты не узнали о нем ничего». [Аятолла Джафар Субхани. Свет вечности: Мухаммад. (На азерб. языке). Перевод с фарси: М.Агавердиев. Баку, 2014, стр. 469-470].

Далее, он вручил послу ответное письмо подарки, предназначенные для Мухаммада (с.а.с.). Эфиопский царь также любезно принял посла, обстоятельно побеседовал с ним об Исламе и пророке Мухаммаде  (с.а.с.), задавал многочисленные вопросы и делал уточнения. После, по сведениям мусульманских авторов, он в присутствии посла пророка – Джафара ибн Абу Талиба вступил в Ислам. Однако предупредил, что большинство эфиопов ни сразу примут новую веру, для этого им необходимо близкое знакомство с Исламом. Поэтому он отправил к пророку делегацию из 30 авторитетных церковных деятелей и поручил им детально изучить Ислам, воочию увидеть образ жизни Мухаммада (с.а.с.) и его сподвижников. Как мы уже знаем, они были приняты посланником Аллаха на самом высоком уровне и были глубокого впечатлены увиденным. По некоторым сообщений в состав этой делегации входил и сын самого правителя – Рарха.  Итак, между сторонами со временем установились прочные узы дружбы и полное взаимопонимание. [Там же; стр. 472-476].  

Конечно, при жизни пророка не произошло массового перехода эфиопов в Ислам, однако со временем он без особых усилий довольно прочно укрепился в этой части Африки.                                

Наиболее драматично развивались события в случае с византийским императором. Получив письмо с призывом к Исламу, он начал серьезно поинтересоваться личностью самого Мухаммада (с.а.с.) и поручил это дело одному из своих доверенных людей. Тот в свою очередь отправился в Сирию и начал наводить там справки о Мухаммаде (с.а.с.), так как в эти края постоянно прибывали купеческие караваны из Аравии, в том числе и из Мекки. По истечению обстоятельств  этот человек смог встретиться здесь с самим Абу Суфйаном, главой воинствующей против Ислама мекканской олигархии, непримиримым противником Мухаммада (с.а.с.). Вместе с Абу Суфйаном он отправился в ставку императора, где тот детально расспросил его о Мухаммаде (с.а.с.) требуя честных и конкретных ответов на свои вопросы:

Император: Из какого рода происходит Мухаммад?

 Абу Суфйан: Из очень благородного.

- Были ли в его роду до этого какие-либо правители?

- Не было никаких.

-Наблюдали ли вы за ним до объявления им о своей пророческой миссии,  ложь или обман?

- Нет, Мухаммад всегда был правдив.

- Какие слои населения охотно принимают его религию?

- Знать не воспринимает его, а вот средний и низший слои оказывают ему поддержку.

- Увеличивается ли день ото дня количество его сторонников?

-  Однозначно да.

- Были ли люди, оставившие его веру, после принятия Ислама?

- В борьбе со своими противниками, он терпит неудачу, или постоянно одолевает их?

- Иногда он терпит неудачу, а иногда ему сопутствует успех.

После всего этого, обращаясь к переводчику, император просит передать Абу Суфйану и его окружению следующее: «Если ответы данные ими соответствуют действительности, значит, он поистине есть последний пророк. Я знал о приходе этого посланника, однако не предполагал, что он будет из курайшитов.  Я готов принять его веру и оказать ему всякие почести».  [Там же; стр. 462-463].  

Восторженные слова императора о Мухаммаде (с.а.с.) встревожили как Абу Суфйана,  так и византийских придворных. Последующие попытки главы Мекки очернить посланника Аллаха вызвали у императора сильное негодование, и он потребовал от него замолчать. После отъезда мекканцев, Ираклий направил письмо одному из авторитетных представителей христианского духовенство, где изложил всю суть происходящего и попросил у него совета на этот счет. Тот, в свою очередь, разделил мнение императора и признал, что Мухаммад (с.а.с.) действительно прибывает среди человечества с пророческой миссией. Ираклий опасался реакции народа, знати и церкви, и чтобы обезопасить себя решил сначала уточнить позицию двора относительно Ислама. Созвав в одной из церквей массовое собрание, император  приказал сперва, громко прочесть письмо Мухаммада (с.а.с.). Далее он обратился к собравшимся с вопросом о том, готовы ли они принять новую веру и стать мусульманами. Негодование толпы заданным вопросом, мусульманские авторы, сравнивают с ревом диких мулов.  Возмущенная толпа в знак протеста подняла крест и начала громко протестовать и покидать собрание. Император, уловивший настроение толпы резко прервал их, и во всеуслышание произнес такие слова:

«Верните их, цель сказанных мною слов заключалась в желании проверить вашу преданность христианской вере, и я убедился в этом».  [Абу Абдуллах Мухаммад ибн Исмаил ибн Ибрахим аль-Бухари. Сахих аль-Бухари (азерб. издание). Перевод и комментарии: А.Хашимов. Баку, 2011, Том I, стр. 50].  

По словам видного мусульманского мухаддиса и историка аль-Бухари это событие произвело на Абу Суфйана столь глубокое впечатление, что он впервые за все время противостояния с Мухаммадом (с.а.с.) публично признал его превосходство: «Слава Мухаммада распространилась. Уже и император византийцев опасается его». [Там же; стр. 48].   

Спустя несколько лет, когда Абу Суфйан принял Ислам и подчинился Мухаммаду (с.а.с.) он, вспоминая встречу с византийским императором, часто повторял следующее: «После этого события я был полон уверенности, что победа Мухаммада (с.а.с.) не за горами».   [Там же; стр. 49].    

Обобщив сказанное, отношения между христианами и исламским пророком можно назвать мирными и уважительными. Характер этих отношений остался неизменным до возникновения военного противостояния с Византией в последние годы жизни посланника Аллаха. Но даже начало длительных войн с Византией не повлияли на положение христианских подданных халифата, которые продолжали пользоваться покровительством мусульманских властей, спокойно жить и работать в соответствии с исламским законодательством.  Для сравнения скажем, что  отношения с Ираном у мусульман изначально не сложились. Виной тому, в значительной мере служило неадекватное, порой даже переходящее в грубость поведение сасанидского шаха, который не только разорвал письмо пророка в клочья, но и приказал своему наместнику в Йемене арестовать и доставить к нему посланника Аллаха. Однако события развернулись таким образом, что вскоре в результате придворного заговора, сам шах пал жертвой от рук родного сына, что еще более усугубило и без того тяжелый  внутриполитический кризис Ирана. [Ибн Са`д.  Китабут - табакатуль – кебир (турецкое издание). Том I,  стр. 247.].       

    

Праведные халифы, первые 4 последователя пророка Мухаммада - Абу Бакр ас-Сиддик (632-634),  Умар ибн аль-Хаттаб (634-644), Усман ибн Аффан (644-656) и Али ибн Абу Талиб (656-661) с такой же чувствительностью и твердостью продолжали его политику толерантности и веротерпимости. Суды молодого исламского государства  беспристрастно защищали права – немусульман, - подданных халифата, надежно охраняя их жизнь, достоинство и имущества от всякого рода посягательств, о чем лучше всего свидетельствуют исторические факты, судебные постановления, поступки и решения самих праведных-халифов. Продолжим наш разговор конкретными примерами. Источники, например, оставили нам описание подробностей громкого судебного разбирательства между имамом Али, четвертым праведным халифом и одним иудеем, завершившегося в пользу последнего. Хотя при желании халифа все могло бы закончиться наоборот, ибо в распоряжении судьи были весьма убедительные аргументы в пользу Али. Однако принципы Корана и сунны, сыграли при принятии решения окончательную роль:

«Однажды халиф Али, увидев свою утерянную кольчугу у одного иудея, попросил вернуть ее, на что получил отказ. Это дело рассматривалось кади Шурайхом. Прежде всего, он потребовал от Али привести доказательства, подтверждающие принадлежность кольчуги именно ему. А иудею он велел поклясться, что тот тут же исполнил. Шурайх, напомнив правило, что истец  должен привести доказательства, а отвергающий – поклясться, вынес решение о передаче кольчуги иудею. Взволнованный этим фактом, иудей с удивлением воскликнул: - Неужели кади эмира правоверных (мусульман) принял решение против него и в пользу меня?! – и принял Ислам». [Мухаммад Садик Мухаммад Йусуф. Права человека в Исламе, стр.193; Ряд шиитских авторов передают рассказ похожего  содержания, с одним только различием. У них  в роли обвиняемого выступает христианин, который был поражен справедливостью суда, и впоследствии со следующими словами на устах принял Ислам: «Такая власть и такое поведение не свойственно обычному человеку. Это правление созвучно с предводительством пророков». См.: Муртаза Мутахарри. Сказание о праведных (на азерб. языке). Перевод с персидского: С.Али-заде. Баку, 2013, стр. 31].              

Поучительны и те, случаи, когда праведные халифы, принимали решения по обеспечению социальной  защиты немусульман, создавая правовые прецеденты для последующих мусульманских правителей.  Известен, например, факт,  выделения специальной пенсии халиф Али, немощному старику – христианину, честно трудившемуся всю свою жизнь, однако ослепшему и обреченному в преклонном возрасте на одиночество, нищету и попрошайничество.  Узнав о нем всю правду, халиф расстроился и расценил такое положение дел как серьезный недостаток социальной политики исламского государства, и счел такое безразличие к старику, за вопиющею  несправедливость:   

«Поразительно, вы пользовались им, когда он был в расцвете сил, а сейчас сочли возможным бросить его на произвол судьбы?! В прошлом этот мужчина трудился изо всех сил и служил обществу. Поэтому забота о нем в старости лет является обязанностью государства и общества. Ступайте, и выделите  ему из казны причитающиеся жалование». [Муртаза  Мутахарри. Сказание о праведных. Баку,2013,  стр.302-303].

Источники сообщают, что ранее, в отношении одного старика-еврея точно так же поступил второй праведный халиф Умар, на которого он натолкнулся на одной из улиц Медины. Мухаммад Садик Мухаммад Йусуф со ссылкой Имама Абу Убайды ал-Амвала характеризует данное решение как на показательный пример, того, каких принципов в отношении малоимущих и незащищенных категорий общества должно придерживаться настоящее исламское государство:                      

«Эмир ал-муминин (повелитель правоверных) справедливый халиф Умар ибн ал-Хаттаб, увидев на улице одного попрошайничающего старика-еврея, подозвал его к себе и сказал, что «с нашей стороны по отношению к тебе будет несправедливо, если мы в твоей молодости, взимав с тебя джизью (налог, взимаемый согласно шариату  с имущества иноверцев, подданных исламского государства – Э.А.), в старости бросим тебя на произвол судьбы», и назначив ему должное обеспечение из казны».  [Мухаммад Садик Мухаммад Юсуф. Права человека в Исламе, стр. 111].   

Праведные халифы старались четко исполнять предписания «Корана» не только по вопросам социальной защиты мирных христиан и евреев, подданных исламского государства, но и в сфере свободы вероисповедания и имущественных вопросов. Например, известно, что халиф Умар, прибывший  в Иерусалим после завоевания города мусульманским войском, несмотря даже на просьбу христианского духовенства, наотрез отказался совершать намаз в главной церкви этого города, опасаясь за дальнейшую судьбу церкви:   «Если я там совершу намаз, то и другие мусульмане могут доставлять вам беспокойство, изъявив желание совершать намаз, там, где совершал его Умар».  [Там же; стр. 158].   

Также Умаром было положительно удовлетворена жалоба одной христианки на действия наместника халифа в Египте, Амра ибн аль-Аса,  присоединившего к зданию мечети небольшой дворик этой женщины. Правда, расследование, начатое по указанию халифа по этому делу,  показало, что женщине из казны было выплачено денег намного больше реальной стоимости этого участка, однако решение это было принято вопреки ее желанию. Умар приказал разрушить мечеть, и восстановить двор этой женщины, объяснив свое решение тем, что любая купля продажа должна основываться на взаимное согласие сторон. Умар восстановил справедливость и обеспечил верховенство закона, не взирая даже на необходимость сноса мечети.  [Там же].

Таких примеров, как я уже отметил выше в истории ислама и исламского права хоть отбавляй. Однако думается, что приведенных фактов достаточно, чтобы объяснить обвинителям Ислама разницу между истинной религией, которая базируется на Коране и сунне, и радикализмом и мракобесием, которые порой либо преднамеренно, либо из-за неосведомленности преподносятся в качестве веры. Обвиняя Ислам в нетерпимости его критики должны помнить, что именно благодаря толерантности мусульман в Египте до наших дней сохранились пирамиды фараонов, античные памятники Сирии, Ирака, и другие древние храмы последователей различных вероисповеданий и культур. Каждый свободен  критиковать то или иное историческое явление, однако эта критика должна опираться не на выдумки и измышления, а на достоверные факты и последовательную, железную аргументацию.  С полной ответственностью и без малейшего преувеличения можно сказать, что история взаимоотношений пророка и праведных халифов с немусульманами, является четким и исчерпывающим ответом обвинителям Ислама. И эта модель взаимоотношений, безусловно, даже сегодня, может служить образцом толерантности и терпимости для всего человечества. 

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ
ДРУГИЕ НОВОСТИ ИЗ КАТЕГОРИИ Точка зрения

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

вверх
При использовании материалов ссылка на сайт обязательна

© Copyright 2007-2018 Информационное Агентство "The First News",
Все права защищены
entonee.net