1news.az

Муса Манаров: «Для того чтобы уважать традиции своего народа, надо быть воспитанным в уважении норм, принятых в обществе вообще»

23 Апреля, 2009 в 15:18 ~ 10 минут на чтение 10610
Муса Манаров: «Для того чтобы уважать традиции своего народа, надо быть воспитанным в уважении норм, принятых в обществе вообще»

Эксклюзивное интервью 1news.az c летчиком-космонавтом, Героем Советского Союза Мусой Манаровым

Муса Хираманович Манаров (род. 22 марта 1951 года, Баку, АзССР) — летчик-космонавт СССР, полковник запаса, Герой Советского Союза.

С 21 декабря 1987 года по 21 декабря 1988 года — космический полет в качестве бортинженера на космическом корабле «Союз ТМ-4» и орбитальном комплексе «Мир» (командир — В. Г. Титов) продолжительностью 365 суток 23 часа. Посадка была выполнена на космическом корабле «Союз ТМ-6». Этим был установлен мировой рекорд продолжительности космического полета.

За успешное осуществление полета и проявленные при этом мужество и героизм летчику-космонавту Манарову Мусе Хирамановичу 21 декабря 1988 года присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 11591).

С 2 декабря 1990 года по 26 мая 1991 года совершил второй космический полет в качестве бортинженера на космическом корабле «Союз ТМ-11» и орбитальном комплексе «Мир» продолжительностью 175 суток 2 часа.

Во время космических полетов совершил 7 выходов в открытый космос общей продолжительностью 34 часа 23 минуты.

С 1990 года — космонавт-инструктор научно-производственного объединения «Энергия». Занимался политической деятельностью. В 1990—1993 годах — народный депутат РСФСР. В 1992—1995 годах — генеральный директор ТОО «МКОМ».

Депутат Государственной думы Российской Федерации, фракция «Единая Россия».

- Муса Хираманович, знаю, что вы дагестанец, лакец. Дагестанцы для нас дружеский народ, соседи и многое нас связывает, более того, мне известно, что вы родились в Баку. Хотелось бы узнать, насколько сильны в вас традиции и знаете ли вы свой язык?

- Да, я родился в Баку, но довольно скоро мы уехали оттуда, у меня отец был военный, поэтому мы переехали. Насчет языка скажу, что я практически не говорю на своем языке, когда еще были живы бабушки, то, конечно, бытовые слова я понимал. Дело в том, что в советское время не было такого разделения и я не чувствовал необходимости, нужды не было изучать. А что касается традиции, это момент тонкий, я считаю, что для того чтобы уважать традиции своего народа, надо быть воспитанным в уважении норм, принятых в обществе вообще. У меня отец военный, он воспитывал нас в уважении к правилам и так как он сам уроженец Дагестана, естественно, мне эти традиции органично прививались.

- Может быть, справляете какие-то национальные праздники?

- Нет, впрямую не справляю, но, тем не менее, моя теща, которая жила долго в Баку, справляет Новруз байрамы, например.

- А ваша супруга тоже из Баку?

- Да, моя жена родилась в Баку, в том же роддоме, что и я, и дочка тоже уроженка Баку. Супруга окончила там мединститут. Баку для меня вообще особая культура, у меня с этим городом связано много интересных воспоминаний. Я ведь еще студентом туда приезжал, там были родственники, а жили мы в Москве, так что в 70-х годах чувствовалась огромная разница.

Москва - жесткий город, не прощает ошибок, не предлагает помощи. Наверное, на меня это тоже наложило отпечаток, я стал рациональным и холодным. Если я не могу помочь человеку, я веду себя холодно, при этом знаю, что восточные люди как раз, даже не имея возможности помочь, реагируют эмоционально, участие подается с большим вниманием. Если это искренне, то я завидую. У меня, например, нет того внимания, которое я вижу у азербайджанцев к детям, к семье. Москва в этом смысле более рациональная.

Многие вещи меня удивляли тогда в Баку, например, покупаешь пиво - даешь рубль, а сдачи не дают. Берешь одну кружку или три - не важно, сдачи не дают. Автоматы газетные не работали, потому что это было недоходно, потому что сдачи не давали. Другой момент - в Москве такси поймать невозможно и ты еще выглядишь просителем, а в Баку очень комфортно, останавливаешь машину и садишься, раз остановил, значит везет. Красивый очень был город. Правда, было жарко летом, но я, конечно, воспринимал все позитивно еще и потому, что родился в этом городе.

- Впервые мне удается общаться с человеком, который пожил в космосе. Для каждого человека с детства космос представляется каким-то магическим пространством. Расскажите о своих ощущениях, у вас было семь выходов в открытый космос, как это происходило?

- Знаете, если я летал год, и могу год рассказывать, там много ощущений…

- Что вы чувствовали, когда в первый раз вышли в открытый космос из космического корабля?

- Это процесс долгий. Сначала одеваетесь, потом шлюзуетесь и потом только выход. Многие вещи очень впечатляют по первому разу. Могу сказать, что надевание скафандра для меня всегда представляло трудность. Процедура емкая, сразу ведь не влезешь, сзади дверца такая в скафандре, ноги вставляешь и потом под специальным углом надо влезть, причем никак я не мог запомнить этот угол. В условиях невесомости ноги не продавливают скафандр. В первый раз я ободрал себе плечо, потому что не смог надеть его на тренировке, пришлось переделать размер и удлинить ноги. У меня поначалу, когда запихиваешься, был маленький призрак клаустрофобии, потому что с трудом влезаешь в него, а вылезти просто так нельзя, и несколько минут неприятных ощущений, а потом уже становишься одним целым. Мне даже, когда открывал люк и видел эту бездну, было не так страшно, как запихиваться в скафандр.

- Что испытывали?

- Есть момент торжественности. Я в первый раз выходил в открытый космос на темной стороне. Прежде чем открывается люк, сбрасывается давление, снаружи ноль и внутри ноль и влага, которая была внутри, конденсируется в виде льда, льдинки, летят в космос и выталкивают тебя в космос. Это величественно.

- Ощущение беспомощности возникает?

- Наоборот, есть чувство гордости, что мы умеем делать такие вещи, смотришь на эту громадную орбитальную станцию, и это такое непередаваемое ощущение.

- Наверное, испытав такое, человека в жизни мало что может удивить?

- Да нет, дело том, что сейчас другое отношение. Например, приглашают на передачи, спрашивают о таких элементарных вещах, понимаю, что само дело никого не интересует. Мне хочется рассказать о деле, которому я отдал жизнь, а меня спрашивают о вещах, не относящихся к космосу.

- Вы сейчас депутат Государственной думы, наверное, в каком-то смысле, не совсем близкие сферы деятельности, расскажите, как вы стали депутатом и что хотите сделать, чтобы помочь той индустрии, за которую болеете?

- На Думу есть несколько взглядов. Некоторые считают, что там должны сидеть суперпрофессионалы, которые пишут законы, но я, например, считаю, что это представительный орган. Все смеются, что в Советском Союзе были представителями ткачихи, доярки и т.д. Конечно, это была профанация, потому что была группа людей, которая ими управляла. Но, с другой стороны, все-таки представительская функция очень важна. Законы могут писать юристы, а смысл ведь в том, чтобы различные слои общества, представители той области, о которой идет обсуждение на заседании, принимали непосредственное участие. В этом плане наш парламент стал очень представительным, насколько плюс или минус, не знаю, потому что есть разные взгляды.

- Вы член комитета по обороне, какие конкретные вещи делаются, над чем работаете?

- У нас такая же работа, как и в других комитетах. В последнее время большое внимание уделяется социальным вопросам военнослужащих. Сейчас президент провозгласил новый облик вооруженных сил, ведь после развала Советского Союза осталась громадная армия - четыре с небольшим миллиона человек. Хотя страна распалась, но армия в основном стала правопреемницей советской армии, а такая громадная армия не нужна, холодная война закончилась, угрозы, если и есть, но нет прямого противостояния. Во-первых, это тяжелая нагрузка для населения - содержать армию, вот и решили сокращать. Однако, во-вторых, страна у нас большая, огромные пространства, надо все границы охватить, чтобы охранять такое население и такие территории. Армия должна соответствовать текущим проблемам управления. Поэтому мы рассматриваем все эти вопросы, конечно, это решает не Государственная дума, а профессионалы – Генеральный штаб, специалисты военных структур. Социальные условия, в которых живут военнослужащие, для нас очень важны. Сейчас этому придается огромное значение.

- А что касается космоса?

- Есть депутатская группа, куда входят представители разных комитетов. Мы ездим на конкретные проекты, где объясняют финансовую сторону вопроса, перспективы и т.д., чтобы те депутаты, которые не сталкивались с космосом, тоже понимали, куда идут деньги и т.д. Потому что денег выделяется достаточно и надо понимать, как их правильно распределить.

- Последний вопрос хочу вам задать. Если бы сейчас у вас была возможность полететь в космос, вы бы согласились?

- Если реально, то нет, пройти все медицинские подготовки и т.д., это невозможно, а если просто сесть и полететь, то вполне возможно, я полтора года пробыл в космосе, так что нет проблем.

Саадат Кадырова, ИТАР- ТАСС

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ
ДРУГИЕ НОВОСТИ ИЗ КАТЕГОРИИ Интервью

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

вверх
При использовании материалов ссылка на сайт обязательна

© Copyright 2007-2018 Информационное Агентство "The First News",
Все права защищены
entonee.net